В монашестве человек, если хочет, может найти надлежащие предпосылки для исцеления душевных ран, ибо оно принципиально отворачивается от причин падения и греха. В то же время в монашестве он находит целенаправленный образ жизни, испытанную и мудрую “программу” того, как следовать Христу в чистоте, бескорыстии, нестяжании, смирении и т.д.

Монашество, особенно в киновии, в Святой дружине, в общежительном монастыре, есть продолжение жизни первых христиан, у которых также все было общим.

В течение 1700 лет, с тех пор как были переданы твердые правила для монашеских общин, данные Самим Богом богоносным отцам, например св. Пахомию, мы вновь и вновь познаем величие Божие. Эти предания способствовали совершенствованию братской общины по слову Господа: “Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них."

Монахи добровольно предают себя старцу, и притом целостно. Он — носитель Духа Божия; от него истекают мудрость, благодатная сила, рассуждение, мир, широта сердца, любовь и всякая добродетель. Через послушание монахи умерщвляют своеволие, мирскую хитрость, гордость, самомнение и самовозвышение и тем самым обретают кротость и чистоту сердца Господа, Который Сам был послушен Своему Отцу даже до смерти на Кресте.

Ты видишь ученика, который тихо и радостно служит брату так же, как своему господину и отцу, исполненный кротости и любви. Для ученика его старец — совершенный образ Бога; старец есть место и образ действия Бога. Христос говорит апостолам: “Слушающий вас Меня слушает; и отвергающий вас Меня отвергает."

Монах, трудясь будь то в гостевом доме, в саду, за трапезой, в храме или на иных служениях, где бы и что бы это ни было, в братской любви, дружбе и любви, и всегда согласно указаниям и наставлениям старца, подчиняется не только внешне, но прежде всего внутренне. Он входит в святой порядок. Он следует не собственной хитрости и не собственному мнению, а мудрости своего старца. Через таинство божественного послушания, равно как и через молитву, он отвергает всякое страстное, страдающее движение души и остается совершенно свободным от греха и злых помыслов.